Продолжается суд над должностными об убийстве ребёнка в Слуцке

1 и 2 мая начались слушания по делу в отношении должностных лиц, по чьему бездействию и халатности, по версии прокуратуры, было допущено убийство 3-летнего Семёна Тарутуты в Слуцке. Сегодня суд продолжается. 

В предыдущей публикации мы пересказали, как начался допрос одного из обвиняемых, Александра Дедка. Там он говорил, что при личном посещении сотрудниками ИДН признаков криминального характера обнаружено не было.

Далее портал Onliner рассказал, как шёл второй день суда. Приводим по возможности кратко.

На заседании во вторник был поднят вопрос о поступившей в сентябре 2022 года информации из амбулатории о телесных повреждениях на теле ребенка (гематомы на пальцах рук и ног).

— В сентябре мне пришел промежуточный план реализации сопровождения. В одной из карточек (на кусочке листа) была информация о случае 2 сентября 2022 года.

Вы информацию проверяли?

— Никак нет.

Почему?

— Информация не содержала признаков криминального характера. Синюшный цвет лица объяснялся заболеванием. Кровоподтек мать объяснила тем, что ребенок ударился, прыгая на батутах. Мне показалось все логичным.

В заключении также было указано, что на момент посещения семьи отец был зол, жаловался на поведение Семена, на то, что ребенок не ходит на горшок. Однако полная информация по описанному случаю, по словам обвиняемого, стала ему известна из материалов уже после смерти мальчика.

Далее в суде выступил Артем Главинский. Вчера было озвучено предъявленное ему обвинение: «Вопреки изложенным обязанностям и требованиям, следователь Главинский в период с 21 сентября 2022 года по 30 сентября 2022 года, находясь на территории города Слуцка, в том числе по месту службы, действуя в нарушение принятой им присяги вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, имея реальные возможности, не исполнил и ненадлежаще исполнил свои служебные обязанности, что повлекло иные тяжкие последствия при следующих обстоятельствах. Главинскому 21 сентября 2022 года поручено проведение проверки по сообщению о совершении Таратута А. С. и Таратута А. Г. преступлений, предусмотренных частью второй статьи 159 УК в отношении их малолетнего сына Таратута С. А. по факту госпитализации последнего 4 июня 2021 года в реанимационное отделение с признаками тяжелой белково-энергетической недостаточности, недоедания. В ходе проведения проверки Главинским получены достоверные сведения о том, что тяжесть состояния малолетнего Таратуты при поступлении имела прямую причинно-следственную связь с дефектами, уходом и воспитанием ребенка со стороны родителей, которые умышленно создали условия для голодания Таратута С. А., выразившиеся в необеспечении минимального питания, необходимого для правильного функционирования организма ребенка, доведя его до истощения». Главинский, по версии обвинения, не принял решение о возбуждении уголовного дела по факту истязания ребенка родителями и не осуществил уголовное преследование. «Вместо этого 30 сентября 2022 года по результатам проверки по указанному факту им необоснованно вынесено решение об отказе в возбуждении уголовного дела».

На суде во вторник Главинский подтвердил, что в Слуцком РОСК работает с 2019 года. Материалы по семье Таратута были ему переданы руководителем для изучения и проверки. Известно, что до переезда в Слуцк семья Таратута уже попадала в поле зрения органов: так, было зафиксировано два эпизода Узденским РОВД (без возбуждения уголовных дел), в том числе из-за повторного попадания Семена в больницу. Были приложены и опросы сотрудников «Дома ребенка», которые не заметили за мальчиком самотравмирования (на этом настаивали родители). Также был диск с аудиозаписями, сделанными соседкой, на которых были звуки ударов и реакции на них ребенка.

В информационном письме была вся информация с момента выявления фактов, из-за которых семью поставили в СОП, результатов наблюдений специалистов и зафиксированных синяков и побоев, четких пояснений Анастасии Таратута, почему это происходило с ребенком. Она рассказала, что ребенок родился недоношенным, с рождения был поставлен диагноз поражения ЦНС, мальчик имел неврологические заболевания. В различных эпизодах, связанных с повреждениями, мать поясняла, что ребенок мог упасть с батута или удариться при взаимодействии с другими детьми. Также содержалась информация о предыдущем месте жительства семьи, переезде в Слуцк, изъятии ребенка из-за невозможности его содержать, постановки в СОП и возвращении ребенка в семью. В материалах были все решения комиссии по делам несовершеннолетних, программа патроната, содержались объяснения врачей и сотрудников социально-педагогического центра, которые приходили и проверяли ребенка, выявляли царапины и синяки. Была докладная записка врача по визиту 1 июня 2021 года, когда у ребенка было выявлено состояние средней степени тяжести, ушибы и царапины. Медик рекомендовала госпитализацию, но получила отказ. В последующем родители пропали на четыре дня, затем нашлись. Мальчика госпитализировали, далее перевели в реанимацию Солигорской больницы.

Как пояснил обвиняемый со слов врача, мальчика доставили в Солигорскую больницу на реанимобиле. У ребенка взяли анализы, сделали УЗИ брюшной полости, взяли образцы на онкомаркеры. Беспокойство медиков вызвал вес ребенка (немного более 6 килограммов), поэтому мальчику вводили внутривенное питание (помимо «стандартного»). По словам врача, которые приводит Главинский, аппетит у ребенка был хороший и на следующее утро Семен ел сам, а внутривенное питание было отменено. По результатам обследований, никаких заболеваний, мешающих мальчику нормально усваивать еду, найдено не было. Поэтому врачом был сделан вывод, что голодание вызвано недостатком ухода родителями.

После изучения материалов Главинский связался с родителями Семена и договорился о встрече. По его словам, в момент звонка Анастасия и Александр Таратута шли забирать детей из садика.

— Я приехал к их подъезду, где дожидался. Увидел, что идут папа, мама, две девочки и мальчик. Понял, что это Таратута. Они встретили меня нормально, агрессии не высказывали, пригласили в квартиру. В квартире был хороший ремонт, стояла вся необходимая мебель, вещи лежали на своих местах, грязного белья или незастеленных кроватей не было, все было чисто и аккуратно. Дети вели себя раскованно. Считаю, что подготовить их к моему приходу родители бы не успели. Если бы к детям применялось насилие, они бы боялись подойти, что-то сказать, было бы видно, что они запуганные. Но они взаимодействовали между собой, играли с игрушками.

Все дети вели себя так?

— Да. Единственное, Семен, стоя на одном месте, перекачивался с одной ноги на другую. Мама пояснила, что это из-за неврологического заболевания. Я не медик, принял это пояснение. В материалах проверки было указано, что ребенка недокармливали. Я спросил у родителей, почему ребенок худенький? Мне сказали в два голоса, что всех детей в семье кормят одинаково.

Также в разговоре Анастасия рассказала о плохих отношениях с медиками из местной больницы, вплоть до обращений со стороны матери с жалобами на сотрудников (но проверки этого факта не было). По словам Главинского, женщина рассказала, что при посещении семьи или на приемах педиатры направляют к неврологу, а там Семену назначают успокоительные. С ее слов, препараты мальчику не помогали, поведение не менялось и она перестала их покупать. По словам Анастасии Таратута, она неоднократно обращалась в поликлинику, где якобы под разными предлогами отказывались обследовать Семена.

Особое внимание уделяется весу ребенка. По словам Главинского, медики ставили мальчику БЭН (белково-энергетическая недостаточность) первой и второй степени с 20-го года, ее возникновение связывали с имевшимся заболеванием ЦНС.

Что является основанием для возбуждения уголовного дела в данном случае?

— Фактические данные, указывающие на признаки преступления.

По материалам у вас это было?

— Данных, что Таратуты совершили преступления, не было. Я не имел реальной возможности возбудить уголовное дело.

Какие вы бы хотели видеть данные?

— Чтобы установить причинно-следственную связь между выявленным состоянием и уходом за ребенком родителями, мной была назначена судебно-медицинская экспертиза (которую так и не провели до момента убийства ребёнка - прим. SG)

Уточнив несколько деталей, судья снова вернулся к вопросу о невозбуждении уголовного дела.

— В материалах проверки содержались противоречивые данные, — пояснил обвиняемый. — Сторона А говорит, что родители плохо ухаживают за детьми, а сторона Б объясняет это наличием заболевания. Если бы было достоверно установлено, что ребенку действительно созданы условия для голодания, то мы бы возбудили уголовные дела. Но если достоверно это не установлено, мы прибегаем к помощи экспертов.

Какие данные вы хотели увидеть в материале проверки, которые бы явились основанием?

— Я хотел увидеть заключение судебно-медицинского эксперта. Чтобы доказать телесные повреждения, должно быть не менее трех обращений в течение года, привлечения к административной ответственности — ничего этого не было. Родители поясняли, что ребенок в силу заболевания падает и ударяется — это ничем не опровергалось. Когда принималось это решение, мы [руководитель и коллеги] советовались — на тот момент идти в суд было не с чем. Единственное, за что можно было зацепиться, — заключение эксперта.

Далее, по словам обвиняемого, было принято промежуточное решение (заключения эксперта на тот момент еще не было) об отказе в возбуждении уголовного дела. Также он пояснил, что при наличии оснований и заключении эксперта решение могло быть пересмотрено. Итоговую оценку было решено дать после получения результатов экспертизы. Далее обвиняемый рассказал, что ушел в отпуск вплоть до декабря 2022 года, а контролировать материалы (в т. ч. возможные ходатайства от экспертов по предоставлению каких-либо данных) должен был другой человек.

На этом заседание было остановлено. Рассмотрение дела продолжается в четверг. 


по информации Onliner.by

04.07.2024

Самое читаемое на сайте за последние дни

Поделиться в соц. сетях: